it cz lt rb
ua fr pl en
se by
Aug 30

Па гарачых просьбах працоўных горада Гродна вывешваю сваё даўняе інтэрвію з выдатным кампазытарам Ігарам Лучанком. Хоць яно і рабілася год таму, аднак ніколькі не састарэла. Зстаецца дадаць, што назву для інтэрвію Ігар Міхайлавіч прыдумаў сам.

Игорь ЛУЧЕНОК:
«Как я вообще в этой жизни выжил?!»

Композитор рассказал о клинической смерти и о том, откуда берутся песни

07.08.2008, “Комсомольская правда в Беларуси”
луч1

Вчера, 6 августа, Игорю Лученку исполнилось 70 лет. Хотя сам Игорь Михайлович считает, что ему двадцать восемь. И, кажется, даже не шутит.

Впрочем, не 70 точно. В этом убеждаешься при близком общении с Игорем Михайловичем. Обратившись за интервью, я услышал:

– Завтра утром я уезжаю в Москву навсегда.

– Игорь Михайлович, нам бы интервью для газеты, может, на выходные вернетесь?..

– Через 20 минут жду вас возле речки (разговор происходил в 21.40, под речкой подразумевалась Свислочь).

И Лученок пришел. Принес целую папку фотографий и документов. Попрощались мы, когда часы на Минской ратуше пробили полночь. Пробили, кстати, мелодией Игоря Лученка…


“Я окончил три консерватории”

– Игорь Михайлович, как вам удалось пробиться в высший эшелон творческой элиты Союза? Дайте рецепт молодым.

– Тогда это было очень сложно. Как, впрочем, и сейчас. У меня была активная жизненная позиция.

– Кого вы считаете своими учителями?

– Комсомол! Пастухов, Примаков, Тяжельников… – назвал Игорь Михайлович имена комсомольких вождей прошлых времен. – Я всех знаю. Позиция партии была – помочь всему нищему миру. Это невозможно. Их миллионы! Их миллиарды! Я боролся и борюсь. Надо помочь всем, но не бомжам. Так думает Кобзон, и мы с ним единомышленники. Он из бедной семьи, я из бедной семьи. Он трудится, мы трудимся. Земной шар небольшой. И Австралия, и Африка, и Че Гевара. Для меня Че Гевара – это вождь. И я – чегеваровец. А для некоторых людей он – террорист. Как я выбился в люди? Я тружусь. Я окончил три консерватории – Минск, Ленинград, Москва.

луч4

Девятилетний Игорек. Марьина Горка, 1947 год.

“Род знаю до десятого колена”

– Игорь Михайлович, какой был ваш первый инструмент?

– Папа, военный врач, учил меня играть на аккордеоне, на фортепьяно, на баяне. Папочка, бедный, собирал мне деньги, чтобы Лученок был не композитором – музыкантиком!.. А я как-то пошел выше. Мама была из бобруйской дворянской семьи, девичья фамилия – Жук. По маминой линии я знаю сой родовод до десятого колена, по папиной – до седьмого. Фамильный герб есть… Папа был из деревенской семьи из-под Червеня. Мама окончила БГУ (биология, химия), папа – мединститут. А познакомились они чуть раньше, когда папа был скрипачом в труппе первого народного артиста Беларуси Владислава Голубка. Кстати, там они работали вместе с автором гимна Беларуси Нестором Соколовским… Тогда родители и познакомились. Это было страшное время!.. Я родился в 1938 году! Аресты, репрессии. Мама уговорила папу поступать на врача. И фактически спасла его. Ведь вскоре Голубка расстреляли. Ни за что! Я родился в Минске, но жил здесь только три месяца. Потом – Могилев, война… Из Сальска, где мы жили в оккупации, папе дали направление в Марьину Горку. Перед этим папу забрали на фронт, а мы с мамой и сестрой ехали в товарном вагоне… Мы попали на станицу Морозовское, хутор Бакланово. И папа нас там нашел! Случайно! Потом я дважды приезжал на хутор Бакланово. Там люди бедно живут – я даже им 500 долларов дал. Кобзон – умница. Он говорит так: “Я даю деньги только детям и когда меня попросит Лученок”.
луч2

Отец композитора Михась Лученок – артист театра Владислава Голубка. Менск, 1920 год.

“Врачи испугались: Лученка на тот свет отправили!..”

– Игорь Михайлович, а это правда, что у вас была клиническая смерть?

– Дело было так. Я лежу в своей квартире – и мне плохо!.. Я не понимаю: чего мне плохо?.. А певец Володя Провалинский как раз приехал. Я не хотел в лечкомиссию ехать. А он вызвал “Скорую”. А я уже не могу стоять, ходить – я лежу. Он кладет меня на пол и что-то объясняет врачам. Врачи дают мне анальгетик. А мне нельзя! И когда мне дали анальгетик, я уже был на том свете. Я все помню! Это было на пятом этаже, ночью. Там хорошо, на том свете, мне даже понравилось. А они испугались: Лученка на тот свет отправили!.. Стали мне какие-то уколы давать… Как сейчас помню: они надо мной стоят, а я возвращаюсь с того света и говорю: “Если я жив, дайте я вас поцелую!” Утром врач сказал мне: у вас гнойный аппендицит, нужно срочно делать операцию. В тот же день к вечеру мне сделали операцию. Но начались осложнения! Я еще потом 40 дней в больнице мучился! Хотя тот врач – хороший, мы потом подружились.

– И что вы запомнили на том свете?

– Фосфор, коридор, возвращение.. Да не бойся ты этой смерти, там хорошо, на том свете!.. Это было в начале 80-х. Мама еще жива была. А жизнь – такая штука… Я за последние три месяца похоронил многих друзей…

– Случалось еще, когда вашей жизни что-то реально угрожало?

– А война?! Однажды мы убегали от вражеской бомбежки. У меня развязался шнурок, мы приостановились. И в этот момент ровно впереди разорвался снаряд… Когда со станицы Морозовское мы приехали в Сталинград, то жили на Сталинградском вокзале… Это была агония, люди умирали… Но почему я выжил? Потому что мой папа был военный врач, ему давали паек. Я, мама, сестра Лариса – мы все за счет этого жили. Потом папу направили в Сальск. Я там был после войны еще два раза… А давай с тобой съездим? Это будет потрясающий репортаж!..

– Я – только за. Кстати, вы впервые в Сальске почувствовали тягу к музыке?

– Да. Война, тяжело, голодно, холодно, а папа находит время потихоньку учить меня играть, открывать мне этот загадочный мир мелодий…

– Помните, какая была ваша первая песня?

– Конечно, помню! Пятьдесят шестой год. (Поет.) «Мы экскаваторщики моей страны, мы делу Ленина всегда верны…» Это Данилов. А вторая – про БНТУ, девушки там, все нормально. Вот так я с гимнов начал.

– Игорь Михайлович, я в свои 22 года немного песен советских знаю, но все как одна – ваши. Как вам удалось наделать столько шлягеров?

– Когда мы с тобой съездим в станицу Морозовское и город Сальск, ты все поймешь. Я никогда не умел и не писал шлягеров. Это уже потом, бывало, даже через 10 лет песня вдруг становилась шлягером, все ее знали и любили… Так было со «Спадчынай», песней «Мой родны кут»…

луч3

Молодожены Игорь и Саша Лученки. Игорь Михайлович женат на Александре Григорьевне уже 43 года.

«С Кобзоном и Пахмутовой мы дружим уже 40 лет!»

– Игорь Михайлович, как такой талантливой троице Лученок – Кобзон – Пахмутова удается столько лет дружить и не ссориться, не завидовать друг другу?

– Потому что у Пахмутовой жизнь тяжелая (Сталинград), у Кобзона тоже, у Лученка жизнь тяжелая. А ведь Добронравов – он же с Васильевского острова… Вот мы вместе и спелись. У Пахмутовой в следующем году будет юбилей. А мне – 28! Так и напиши!

– Как вы познакомились с Кобзоном?

– 1966 год. В Москве партия накануне 50-летия Великого Октября проводит конкурс на лучшую советскую песню. Из Беларуси приехали я, певец Виктор Вуячич, автор слов – поэт Михаил Ясень. Я написал песню «Память сердца». А Кобзон пел «Атомный век…» Приезжаем. Девяносто песен! И на этом конкурсе Лученок с компанией получает первую премию. А Кобзон – вторую!..

– А тогда, в 1966 году, кто к кому первый подошел?

– Было так: Театр эстрады, я приехал перепуганный, Вуячич, Кузьмин (зам Машерова). И я помню – Кобзон посмотрел на нас из дверей: мол, кто там такой Лученок?.. Но тогда тема войны была важней, чем «атомный век»!.. Мы с Кобзоном подружились. Спустя несколько лет на разных фестивалях познакомились лучше.

– А с Пахмутовой?

– С Пахмутовой – в 1967 году на фестивале «Красные гвоздики» в Сочи. Она привезла туда «Нежность»…

луч5

Дружба с Мулявиным была скреплена незабвенной «Алесяй», с Кобзоном – знаменитым «Майским вальсом».

«Я пришел к «Песнярам», когда они еще были волосатые!..»

– Кого вы еще поставите в этот ряд великих людей? Мулявина?

– Ну конечно, Мулявин великий!.. С ним у меня был, пожалуй, самый плодотворный творческий союз – 26 песен плюс рок-опера «Гусляр». Мулявин был самородок, великий человек. Когда были еще «Лявоны», я пришел к нему впервые на концерт в филармонию. Думаю – какие-то рокеры непонятные.

– Они тогда еще волосатые такие были?

– Да!.. Там был Яшкин, Борткевич… Кобзон на днях сказал правильно: сейчас двести «Песняров». Но не то… Нет Мулявина… Он был очень чудной человек во всех смыслах. Но я к нему первый прибежал. Как они мою «Хатынь» пели!.. Мне о нем до сих пор больно говорить…

«Первую любовь звали Лина, я подарил ей красивую вазу…»

– Были в жизни моменты, по которым сейчас случается ностальгия?

– Мне всегда было хорошо в Марьиной Горке, возле речки Титовка… Мне нравится искупаться в речке, сходить в лес… Когда ко мне приходит такая ностальгия, я просто собираюсь и еду в Марьину Горку. И песни там пишу лирические: “Алеся”, “Вераніка”, “Зачарованая мая”…

– Первая любовь тоже была там?

– Да. Звали Лина, она и сейчас там живет, хорошая девочка.

– Как вы ухаживали?

– Помню, подарил очень красивую вазу… Она была ученицей восьмого класса! А я учился классе в десятом. К тому времени я уже там не учился, а только приезжал на каникулы…

“Мелодия – от мамы, папы и Бога”

– Игорь Михайлович, а как вам удается одновременно и вариант Гимна Союзного государства, и Гимн экскаваторщиков?

– И там и там для меня важна мелодия. Именно она, а не деньги или миллиарды правят миром. В любой консерватории вас научат играть на музыкальных инструментах, записывать любую музыку нотами. Но научить создавать мелодию невозможно. Мелодия – это тайна, которую я получил от мамы, от папы, от Бога, от народных песен. Тайна, которую я так и не разгадал до сих пор.

– Мама в детстве пела вам народные песни?

– Конечно! А еще мама любила вальсы Штрауса, а папа – полонез Огинского.

– А вам что из этого ближе?

– А я и то и то люблю!

10 САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ ПЕСЕН ИГОРЯ ЛУЧЕНКА

“Майский вальс”
“Алеся”
“Вераніка”
“Спадчына”
“Письмо из 45-го”
“Полька беларуская”
“Зачарованая мая”
“Журавли на Полесье летят”
“Мой родны кут”
“Память сердца”

ДОСЬЕ «КП»

Игорь Лученок родился 6 августа 1938 года в Минске. Окончил три консерватории – Минск, Ленинград, Москва. Автор более 300 песен. В 1982 – 1986 гг. – ректор Белорусской консерватории. Был депутатом Верховных советов СССР и БССР. Профессор, доктор наук, народный артист СССР, народный артист Беларуси. С 1980 года – бессменный председатель Союза композиторов Беларуси. В 1999 году в Москве на Площади звезд открыта звезда Игоря Лученка.


Фото Дмитрия БРУШКО и из домашнего архива Игоря Лученка.

Тэгі:


Leave a Reply